Главная » Новости и события » Сводки с полей сражений

Хама – следующая точка на карте боевых действий в Сирии

Тревожные новости приходят из Сирии: Сирийская арабская армия вынуждена перейти к глухой обороне под Хамой. 

Хама

Последние несколько дней на этот город, расположенный в западной части государства, примерно посередине между Дамаском на юге и Алеппо на севере, развивают наступление отряды боевиков из «Джабхат Фатх аш-Шам» (бывшей «Джабхат ан-Нусры»; террористическая организация, запрещенная в России) в количестве, как минимум, 5000 человек.

Отступление САА под Хамой выглядит резким диссонансом по сравнению с очевидными успехами, достигнутыми ею при решающей поддержке ВКС РФ и подразделений российских Сил специальных операций (ССО) в Алеппо и Пальмире. 

Чем же завершится битва за Хаму?


«Дыра» расширяется

По состоянию на 23 марта, бои идут уже на северных подступах к городу. Там верные Башару Асаду войска наспех создают оборонительный рубеж из «сборной солянки» своих наиболее боеспособных частей. Туда уже переброшена дивизия «Силы тигра», выведенная из наступления под Дейр-Хафиром, а также отряды «Львов пустыни». Часть подразделений пришлось даже снять с обороны Дамаска, где для САА дела обстоят столь же неспокойно.

Однако лихорадочные попытки правительственных войск сдержать наступление боевиков под Хамой с помощью уже традиционной тактики «затыкания дыр» пока не могут увенчаться успехом — даже несмотря на относительно малую численность наступающих боевиков. Инициатива все еще находится на стороне противника, который, упершись в оборонительные порядки САА в пригороде Хамы на рубеже Кафр аль-Тун–Мурайвид, методично расширяет линию фронта к северо-востоку и северо-западу от города.

Проблема правительственной армии с переброской сил для сдерживания противника усугубляется еще и тем, что под Аль-Растаном боевики другой запрещенной в России террористической организации, «Ахрар-аш-Шам», также предпринимают активные контрнаступательные действия по направлению к стратегической трассе Хомс–Саламия. Это может резко затруднить переброску резервов САА к Хаме из юго-западных районов страны, лояльных правительству Асада.

По данным различных источников, потери правительственных войск под Хамой только за 22 марта составили несколько десятков человек, до 4 танков, несколько орудий и зенитных установок. В захваченных районах исламисты устраивают показательные чистки среди мирного населения и расстрелы пленных.

В целом, ситуация на сегодня выглядит так, что Дамаску впору на время забыть о победных реляциях и планах решающих наступлений «на Ракку и Дейр-эз-Зор». Огромная часть западной части Сирии по-прежнему находится под контролем исламистов и «оппозиционеров» всех мастей — и эта «дыра» расширяется.

Почему Сирийская арабская армия испытывает такие трудности в самом сердце страны? Отчего недавние успехи правительственных войск под Алеппо и Пальмирой сменились сводками о потерях и отступлениях в ключевом районе Сирии? 

Среди вороха проблем и трудностей правительственной сирийской армии, объясняющих ее новые отступления на фронтах гражданской войны, применительно к оперативной обстановке под Хамой стоит выделить три ключевых момента. Взятые вместе, они дают вполне достоверную картину нынешних неудач Сирийской арабской армии в центральных провинциях на западе страны.


Сгусток мятежной энергии

В первую очередь, необходимо понимать, что нынешняя гражданская война в Сирии — крайне «пестрое» явление, в рамках которого правительственные войска имеют дело с принципиально разными противниками в разных частях государства и действуют при этом в качественно различной обстановке. 

Блестящее освобождение Пальмиры, расположенной среди пустынного пейзажа центральной Сирии, сложно сравнивать с многомесячными боями в городской застройке миллионного Алеппо. Столь же некорректно мести под одну гребенку «кочующие» отряды пришлых боевиков из «Исламского государства» (террористическая организация, запрещенная в РФ) и достаточно «автохтонный» состав антиправительственных сил, действующих на севере провинции Хама и в соседней с ней провинции Идлиб.

сирия

Нынешнее наступление боевиков «Джабхат Фатх аш-Шама» на Хаму является «протуберанцем» той вооруженной активности, которую мятежный Идлиб ведет уже почти шесть лет, начиная с 2011 года. Расширяющаяся «дыра» в густонаселенном треугольнике Алеппо–Хама–Латакия — это, по сути, оплот антиасадовских сил в Сирии и наиболее оппозиционно настроенная, наряду с Даръа, провинция в стране. Пришлых террористов здесь, конечно, достаточно, но основной костяк антиправительственных сил составляют местные жители.

В минувшие годы САА уже предпринимала попытки взять Идлиб, и какое-то время ей даже удавалось контролировать основные города одноименной мухафазы. Однако вот уже два года контроль над ее столицей держат исламисты из «Джабхат Фатх аш-Шама», опираясь при этом на ощутимую поддержку местного населения. 

Здесь же «бородатые» все последние месяцы накапливали свои силы, черпая человеческие ресурсы как среди жителей многочисленных селений, так и среди группировок, вытеснявшихся из-под Алеппо. В свою очередь, все последние попытки САА подступиться к мятежной мухафазе оканчивались неудачей.

В частности, стратегически важный город Мурек на юге этого «террористического анклава», расположенный на границе провинций Хама и Идлиб, примерно в 20 км от нынешней линии фронта, в последний раз был потерян правительственными войсками 5 ноября 2015 года (а до этого — 1 февраля 2014 года). 

За прошедшие полтора года САА предприняла усилия по возвращению Мурека, но в результате чуть было не обрушила собственный фронт. Именно со стороны Мурека развивается нынешнее наступление исламистов на Хаму.

Все это доказывает очевидную вещь: битва за мятежную провинцию Идлиб — и разгром боевиков под Хамой как часть предстоящей операции — требует той особой тактики войны, к которой Сирийская арабская армия, в ее нынешнем виде, пока не готова. 


Армия важнее территории

Упомянутый вид правительственных войск, изрядно потрепанных в многолетних боях, — вторая ключевая причина сегодняшних неудач под Хамой.

На шестой год тотальной необъявленной войны террористов против сирийского правительства, которую поддерживает около десятка региональных и мировых держав, силы Сирийской арабской армии в значительной степени истощены. Поэтому многие второстепенные и спокойные направления — а фронт под Хамой пребывал в состоянии затишья с сентября 2016 года — были поручены вспомогательным отрядам, а иногда и территориальному ополчению.

Это не военные просчеты — в ситуации глобальной экономии сил, когда речь идет о борьбе сразу на несколько фронтов, не получается быть «сильным везде и сразу» и приходится выбирать компромисс между различным уровнем на разных направлениях. Так, ослаблением фронта в Хаме были, в том числе, обеспечены недавние успехи правительственных войск в провинции Алеппо и под Пальмирой.

Поэтому, судя по всему, уже ближайшие дни станут решающими в сражении за Хаму. Если САА сможет удержать ключевые пункты своих оборонительных линий, то оперативная инициатива перейдет к Дамаску. 

Результатом в этом случае станут новые серьезные потери боевиков в наступлении, как это произошло в августе 2016 года в Алеппо, когда после удачного, но кратковременного прорыва кольца обороны и последующих громадных потерь среди исламистов Сирийская армия смогла очистить мегаполис всего за два месяца.

Надо учитывать, что сама по себе потеря территории не столь страшна, если сохранен костяк оборонительных рубежей и не перерезаны стратегические коммуникации, которыми в сирийских условиях являются шоссейные дороги. В этом случае происходит объективный размен территории на время и на возможности к контрнаступлению. 

Фактически, ситуация под Хамой сегодня идет по сентябрьскому сценарию 2016 года, когда боевики, втянувшись в узкое окно прорыва, затем не смогли обеспечить оборону от фланговых ударов — и вынуждены были отступить на исходные позиции.


Где же наши?

Наконец, третий немаловажный фактор, который во многом интегрирует предыдущие два обстоятельства, обусловлен нынешним уровнем вовлечения в сирийский конфликт Вооруженных Сил Российской Федерации, включая ВКС, подразделения Сил специальных операций и наших военных советников.

Формат операции Российской армии на территории Сирии до сих пор не подразумевает массированного участия ее наземных сил. Даже с точки зрения снабжения российской группировки в Сирии существуют объективные трудности, которые позволяют стабильно обеспечивать боеспособность лишь ограниченного контингента — не более одной–полутора бригад. 

Такой формат действий позволяет, с одной стороны, удерживать в разумных пределах бюджет операции в Сирии, но, с другой стороны, подразумевает, что основную тяжесть боевых операций несет на себе сирийский наземный корпус.

При этом за полтора года с начала участия Вооруженных сил России в сирийском конфликте, стала очевидной простая истина: все серьезные успехи правительственных войск были достигнуты почти исключительно благодаря поддержке российских подразделений. Так дважды случилось в Пальмире, так же произошло и в битве за Алеппо. И наоборот — тяжелые поражения и отступления Сирийской армии случались там, где поблизости не было ССО или поддержки с воздуха от ВКС РФ.

Успешные действия с привлечением сил и средств российской группировки в Сирии обусловлены следующими причинами. 

Во-первых, российские военнослужащие обладают куда большим профессионализмом, чем военнослужащие сирийской правительственной армии. 

Во-вторых, ВКС РФ качественно превосходит ВВС Сирии и, соответственно, является куда более действенным «инструментом» как для непосредственной поддержки войск на поле боя, так и для уничтожения тыловой инфраструктуры противника. 

В-третьих, между российскими военными советниками, ССО, разведывательными и штабными структурами, наземным и летным персоналом ВКС РФ налажено теснейшее взаимодействие.

Операции в Алеппо и Пальмире, несомненно, войдут в историю как примеры грамотного оперативно-тактического планирования. Начальник генерального штаба МО Валерий Герасимов, как и его непосредственный руководитель, министр обороны Сергей Шойгу, заслужили высших экспертных оценок.

министр обороны Сергей Шойгу

Ничем подобным САА похвастаться не может. И уж тем более невозможно сравнивать с уровнем российской армии те вспомогательные подразделения местной «милиции», которые в последние дни бежали от боевиков под Хамой.

При этом правительственные войска, с помощью наших советников, постепенно приучаются к правильной тактике войны, однако далеко не всегда способны показать вновь полученные умения на практике. В особенности это касается тех участков фронта, которые до последнего времени считались второстепенными, — хотя именно там должны будут развернуться решающие битвы сирийской гражданской войны.

Безусловно, подтянутые к Хаме резервы САА и подоспевшая поддержка ВКС России скоро вновь качнут баланс сил в необходимую для победы сторону. Однако следует иметь в виду, что в густонаселенных районах центральной Сирии основная тяжесть войны будет и дальше лежать на плечах правительственных войск.

Подводя итог можно констатировать следующее. Прорыв под Хамой — это вовсе не трагедия для правительственных войск и уж тем более не поражение Башара Асада в гражданской войне. Это лишь очередное доказательство того, что военные действия в Сирии будут продолжаться еще долго. 


Мнения экспертов 

Алексей Леонков, военный эксперт и постоянный автор журнала «Арсенал Отечества»:

— Следует понимать, что Хама для Асада — это своеобразный «долгоиграющий нарыв». «Нарыв», который существовал достаточно долго, был хорошо известен, но сил для его купирования у Дамаска просто не было. Точнее, не хватало. Сирийская армия понесла колоссальные потери за время гражданской войны. Россия приложила немало усилий для восстановления боеспособности войск Асада, но быстро восстановить ее былую численность мы не можем при всем желании. 

В этой ситуации сирийскому командованию приходится оперировать весьма ограниченными силами. Наиболее боеспособные резервы Асада оказались задействованы в операции по возвращению Пальмиры. Сил на то, чтобы соответствующим образом усилить свою группировку под Хамой, у Дамаска просто не оказалось. Чем боевики тут же и воспользовались. 

К тому же, под Хамой частично повторился момент, имевший место в январе 2017-го. Тогда, напомню, во время атаки Пальмиры джихадистами часть командиров сирийской правительственной армии повела себя не самым лучшим образом. Проще говоря, сбежала. Что, конечно, тут же привело к дезорганизации обороны. Абсолютно то же самое случилось и под Хамой. Стоит ли это ставить в вину Асаду? Не думаю. Других офицеров у него сейчас просто нет. 

Многие сейчас наверняка начнут задавать вопрос, а где же были наши советники, ССО, ВКС, наконец? Отвечу — наши военные специалисты в Сирии присутствуют отнюдь не в бесконечных количествах. Они физически не могут присутствовать везде. Соответственно, они привлекаются к выполнению своих задач прежде всего на самых важных участках фронта. Таким участком до недавних пор являлась Пальмира. 

Сейчас, конечно, приоритетным станет стабилизация фронта под Хамой. Для этого будут привлечены, а вернее уже привлекаются спешно перебрасываемые из других районов сирийские части, а также часть нашего военного контингента в Сирии. 

Что же касается ВКС, то их действия в случае, подобном тому беспорядочному отступлению, которое вчера произошло под Хамой, а в январе 2017 года случилось под Пальмирой, на первых порах серьезно ограничены невозможностью точной локализации целей. При отступлении сирийцев их боевые порядки перемешиваются с авангардом наступающих боевиков. Понять в этом хаосе, где свои, а где чужие, сразу просто невозможно…
 

Владислав Шурыгин, военный публицист и обозреватель, постоянный член «Изборского клуба»:

— Произошедшее под Хамой отнюдь не фатально. Закончится этот прорыв боевиков точно так же, как закончился рывок джихадистов на Пальмиру. То есть продвижение боевиков с подходом резервов будет блокировано, фронт стабилизируется. Вслед за чем начнется подготовка операции сирийской правительственной армии по возвращению утраченных позиций. 

О чем свидетельствует прорыв исламистов? О том, что сил у боевиков еще вполне достаточно. Что они прекрасно научились находить слабые места в оборонительных порядках своих противников и по ним бить. Также произошедшее наглядно демонстрирует, что Асад пока так и не смог решить проблему «тришкиного кафтана». Я имею в виду отчаянный недостаток обученных и хорошо мотивированных пехотных подразделений. 

По этой причине Дамаску постоянно приходится перебрасывать свои немногочисленные ударные части с одного участка фронта на другой. Помимо прочих минусов, это приводит к тому, что участки фронта, сочтенные сирийским командованием второстепенными, оголяются. Что, в свою очередь, тут же превращает эти районы в желанную добычу для боевиков. 

Впрочем, эксперты отмечают, что ВКС РФ, как ранее в Алеппо и под Пальмирой, окажут подразделениям САА необходимую помощь как в организации обороны на сложных участках фронта, так и последующем наступлении.
 

https://riafan.ru/

 

Категория: Сводки с полей сражений | Добавил: War (24.03.2017) |
Просмотров: 1281 | Теги: сводки, сирия | Рейтинг: 1.0/6


Похожие статьи
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Вы можете оставить коментарий к новости Хама – следующая точка на карте боевых действий в Сирии здесь,мы будем рады услышать ваше мнение.
Читайте также:
Перспективы создания новой БМП

Прототип проекта под условным названием «Курганец-25» создатели надеются получить уже к концу 2012

Уралвагонзавод досрочно и в полном объёме выполнил Гособоронзаказ 2012 года

Уралвагонзаводом" произведена досрочная поставка в войска модернизированных танков Т-72Б3

Танк Pz.Kpfw.V “Пантера” - Германия

Танк Pz.Kpfw.V "Пантера” стал наиболее известным германским танком Второй Мировой Войны